Юмор, как известно, является трансформационным механизмом, позволяющим менять оппозиции местами, превращать высокое в низкое, искажать изначальный смысл действий и жестов. Не менее известно, что не каждую проблему или событие допустимо превращать в штуку. Однако кажется, что французская комедия ставит подобный этический запрет под сомнение. Так, например, заслужившая статус классики «Большая прогулка» Жерара Ури с Луи де Фюнесом рискует иронизировать над болезненным эпизодом фашистской оккупации, зрительский хит «Бобро поржаловать!» высмеивает острое региональное расслоение, а Брюно Дюмон, меняя практики французского экстрима на логику абсурда, с легкостью пересматривает канон истории Жанны Д’Арк в «Жанетт». Французская комедия осваивает пространство исторической травмы, работает с актуальной социальной проблематикой, осуществляя ревизионистские жесты и используя критические инструменты. Но что дает подобное изменение взгляда и как воспринимать ироническую интонацию в столь сложном контексте?

Лекция проходит в рамках ретроспективы Луи де Фюнеса